От Парижа до Берлина по карте Челябинской области

Хотите узнать, откуда произошли географические названия Челябинской области?

Главная Легенды Пяти Озер

Легенды Пяти Озер

Отрывок и статьи «Легенды пяти озер»

Много легенд в устном народном творчестве о крае Пятиозерья. Самые красивые записала Галина Ядревская — заслуженный деятель культуры России, в прошлом актриса драматического театра, заместитель генерального директора санатория «Урал» по культурно-массовой работе, ныне жительница села Хомутинино.

Перескажу две из них. Именно перескажу — слишком знаковы они для меня, чтобы тупо копировать. Мне кажется, дело было именно так....

В стародавние годы в бору Хомутининском заимка была. Счастливо на ней жили казак Петр да казачка Ольга и дети с ними — две девчушки в конопушках. Когда Бог дает детей, он дает и на детей: от грибов-ягод, плодов лесных, меда пчел диких в лесу не продохнуть — вот и промышляли охотой с рыбалкой, подсобным хозяйством да собирательством.

Казаки — народ вольный от податей в казну да невольный от царской службы. Забрали Петра — Ольга одна с дочерьми хозяйство правит.

Сезон подошел грибы-ягоды собирать — уходят мать со старшей дочерью на весь день в лес, а малышка (четвертый годик пошел) в хате остается. Страшно ей — в мышином шорохе чудится домовой. Выйдет из дома, заберется на дерево и плачет. Вдруг мамочка с сестричкой заблудятся, вдруг медведь на них нападет — что тогда будет с ней? Чтобы не было никакой беды, малышка привязала на ветку самое дорогое, что у нее было. А что может быть у такой крохи дорогим? Да, конечно же, разноцветные лоскутки, из которых платьица куклам шьют, да ленты подаренные родителями. Привязала и тут же увидела — мамочка и сестрица полные лукошки несут. Назавтра та же картина.

Однажды лоскутки на ветках заметила Ольга. «Чьих рук дело?» — пытает дочерей. Младшенькая созналась. Что с глупышки возьмешь? Простила Ольга, и бранить не стала.

А тут как-то ночью душной сердце схватило от сна зловещего: чует — будто в беду попал ее милый. Вышла из дому, кинула взгляд на звезды — где ж ты, сокол мой ясный? в каких далях воюешь? хранит ли судьба тебя от плена позорного, смерти лютой или раны тяжелой?

В порыве душевном вбежала в избу, достала ленту самую красивую из своих нарядов и повязала на ветку, где дочурка дары оставляла. Сердце сразу успокоилось — Ольга легла, и сон пришел.

Наутро — чудо Христово! — Петр возле калитки спешивается. Жив ее сокол, домой возвернулся — хромает, да раны от воды целебной и грязи озерной скорехонько заживут.

То-то радости было! Из станицы родня притопала на застолье. И под хмельком поведала Ольга о ленте на дереве.

С той поры так и прозвали сосну «Древом заветных желаний». Слава о нем по округе пошла. Только умные люди тогда говорили: «Ты бантик на ветке завяжи и всем сердцем помощи попроси, а после не забывай пораньше вставать и за работу приниматься — сам не ленись, а уж дерево-то тебе обязательно поможет: удачу пошлет. Будь уверен».

Годы прошли. Заимки не стало. Сосну спилили — чуть меньше метра пень торчит из земли. А на ветках вокруг пестрым ленточкам нет числа. Людям хочется верить. И я, как ослик Иа, того же мнения — одним из мест общения с Природой стала поляна и пень от «Древа заветных желаний».

И еще один пересказ легенды от Галины Ядревской.

В позапрошлом веке на берегу озера Чекарево, что рядом с Подборным — там, где березы сбегают к самой воде, стояла избушка одинокой старушки. То ведуньей ее звал народ, то колдуньей — говорили, которую сотню лет живет и все в одной поре: ни черта ей не делается. Ходили пытать к ней секреты долголетия. «Да какие секреты! — смеялась старуха. — В озере грязью помажьтесь да окунитесь — ни хворей, ни болей телу не будет, и сроку жизни конца». Кто верил — купался, кто нет — посылал Чекариху не шибко далеко, но охально.

О ту пору жил в городе Троицке известный купчина Зотов. Далеко слава о нем шла — мол, изворотлив, удачлив, богат. А тому дела нет, что о нем говорят — жизнь свою так построил: каждую минуту в дело, каждую копеечку в оборот. От мысли, что завтра сделает то-то и то-то, и в кармане на тысячу рублей станет больше, он хмелел как от вина. А уж и так богаче не было на Южном Урале. «Куда тебе столько?» — судачили люди. «Да разве ж себе? — могутными плечами тот пожимает. —  Для славы и пользы государства Российского все труды». И щедрой рукой на церковь, на благотворительные дела....

Но однажды из торговой поездки в страны полуденные вернулся Зотов сам не свой, весь больной: подцепил какую-то заразу — кожа паршой пошла, руки-ноги скрючило. Иссох, пожелтел, места живого от волдырей нет. Уж, какие только деньги ни платил купец, какие лекарства ни пил, из каких заграниц лекарей ни выписывал — здоровье все хуже да хуже. Не зря говорят — его не купишь.

Совсем закручинился: жизнь потеряла всякий смысл — не рад злату-серебру в сундуках, товарам в лавках. В зеркало глянуть боится и даже завидует тяжкой доле старого негра с цветной картинки на стене. Закрылся Зотов в тереме, уж и на улицу ни ногой — ни в церковь, ни по делам торговым не выходит. Только доверенный приказчик с деловыми бумагами к нему допущен. Конец жизни молодецкой — гирька до полу дошла. Беда.

Тут про Чекариху ему донесли. Уж если и она не в силах помочь, решил купец, тогда в гроб. И поехал с надеждой.

Вздорной купцу показалась старуха. «Озеро обчее, не мое — какое тебе дозволенье надобно? Залезай, мажься грязью да смывай — вот и смоешь болесть. А кошель свой поганый убери» — и оттолкнула руку дающего.

Конечно, искупался Зотов в озере, да и уехал домой с мыслями собороваться.

День-деньской сидит сычом у окошка, смерти ждет да на людишек поглядывает. Всех ненавидит, а больше — себя самого. Беда пущая!

Тут как-то девки с песнями, руки «под крендель», мимо шли.

Здесь живут работящие люди
С чистым сердцем, открытой душой.
Небеса на серебряном блюде
Дарят звездочек мир голубой.
Наливается соком пшеница.
Завершая положенный путь,
Солнце прячет густые ресницы
В разнотравье, чтоб там отдохнуть....
(М. Тренина)

А одна уж такая красавица — что лицом, что нарядом, что голосом. А главное — глаза непустые, полны смысла женского. Приглянулась Зотову — спасу нет. Приказал дворне коня седлать. Один верхами помчался к старухе, что у озера Чекарево обитала. Пал на колени, слезы по бороде двухмесячной давности. «Прости, баушка, денег не предлагаю, а Христом Богом умоляю — излечи ты меня. Помоги от заразы избавиться, на красе ненаглядной жениться, ребятёшками малыми душу порадовать». Упал Зотов лицом в травы, и подниматься не хочет — мол, не поможешь, тут и помру.

Посмотрела на гостя глазами мудрыми Чекариха и молвит: «Излечу, если не пожалеешь шкатулки камней-самоцветов».

«Ничего не пожалею! — вскочил купец на ноги. — Все отдам: здоров буду, еще наживу».

Примчался в Троицк и в лавку свою ювелирную — полную шкатулку насыпал бриллиантов, жемчугов да изумрудов с рубинами. Слуги за руки хватать — уж не спятил ли барин? А он всех растолкал и был таков — даже не ведали, куда опять ускакал.

А он на Чекарево и Чекарихе вручает дары несметной цены. Приняла бабка шкатулку, отварами гостя напоила, почивать уложила — мол, утро вечера мудренее.
Привела поутру купца на берег Подборного — тут недалече, шагов триста — открывает шкатулку: «Мои, говоришь? Ну так, за сердце держись». Взяла горсть самоцветов ладонью старческой, размахнулась и кинула камни бесценные в воду. С легким плеском вспороли они гладь озерную и пропали с глаз. Дыхание сперло миллионщику Зотову, малиновой морда стала — будто не человек совсем, а готовый апоплексический удар. Старуха же с ловкостью карманника из шкатулки в воду бросала самоцветы такой цены, что любой ювелир потянулся бы за таблетками. Схватился за сердце и купец....

Когда последний бриллиант канул с глаз, Зотов бездыханный лежал.... Ну, почти.

Перекрестилась Чекариха, поставила пустую шкатулку на пенек и удалилась, шаркая старческими ногами.

Долго ли коротко время шло — оклемался купец. Сел и задумался — что же произошло? Посмеялась над ним ведьма старая, выжившая из ума! Пойти, пришибить за надругательство над чувством купеческим? Так завсегда успеется. Пусть ее! Попробовать бриллианты достать, пока никто не пронюхал? Видел место, где падали — не глубоко.

Больное тело к тому времени настолько окостенело, что Зотов боялся утонуть и на мелководье. Но жадность такая штука — пуще страха она....

Залез, ныряет, на четвереньках по дну ползает, ил руками перебирает, хотя каждое движение чего-то стоило — весь измазался черной грязью, но до заката нашел-таки несколько самоцветов.

Ночью греется у костра, размышляет. Черт с ней, бабкой — пусть живет дура-дурой. Посмотрел на камешки, в шкатулку возвращенные, прикинул в пересчете на стоимость — столько в день он никогда не зарабатывал. И решил остаться — пока лето, пока тепло стоит — собрать безумной старухой выброшенные сокровища.
Такова мудрость раба денег — в могиле ногой одной, а своего не упустит: ни перед чем не остановится, раз ему в голову вступило.

С утра, чуть роса с трав сошла, купчина уж в озере елозит — камни свои шукает. Как солнцу в зенит, пришла на берег Чекариха — с пшеничной лепешкой да кувшином козьего молока. Зотов поел, подобрел и говорит старухе: «Обиду стерплю, только ты ни кому не говори, что сотворила». «Ищи-ищи, любезный, ни единой душе не промолвлюсь».

Два месяца собирал сокровища купец Зотов на дне Подборного — треть из того, что было в шкатулке, возвернул. Но все кончается — кончилось и тепло: зимой потянуло. Засобирался Зотов домой. Чекарихе говорит: «Ты обещала — слово держи: чтоб никому». «Езжай-езжай да следущим годом возвертайся».

Уехал купец и не вернулся. За делами от жадности затеянными не заметил Зотов, как излечился — парша сошла, руки-ноги распрямились, здоровьем да силушкою тело налилось: краше себя молодого стал. Немедля женился на избраннице — детей полный терем завели. От дел не отошел и щедрее стал на благотворительность. А мудрая Чекариха, говорят, по сей день жива — только избушки ее не стало. Вот такой сказ.

А сокровища на дне Подборного нет-нет да находят в прибрежной грязи.

Местным ваятелем по дереву увековечена Чекариха: стоит она с кувшином в руках у самого берега — должно быть купчине Зотову молочка принесла.

Анатолий Агарков

Комментарии
Добавить новый
+/-
Оставить комментарий
Имя:
Email:
 
Тема:
UBB-Код:
[b] [i] [u] [url] [quote] [code] [img] 
 
 
:angry::0:confused::cheer:B):evil::silly::dry::lol::kiss::D:pinch:
:(:shock::X:side::):P:unsure::woohoo::huh::whistle:;):s
:!::?::idea::arrow:
 
Пожалуйста, введите проверочный код, который Вы видите на картинке.

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."

 

Рекомендуем для прочтения

 

Главная Легенды Пяти Озер

от Парижа до Берлина по карте Челябинской области


Краеведческая литература

ТОРГОВО-ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ
«ПРИВАТ-РЕЙХ»

Отдельным, эксклюзивным направлением нашей деятельности является продажа краеведческой литературы Уральского региона. А также в нашем прайс вы найдете учебники для школ и техникумов.

г. Челябинск
ул. Короленко, д. 75-Б

Заявки
т/ф. 8(351)262-31-99
E-mail: reykh@narod.ru