От Парижа до Берлина по карте Челябинской области 

Достопримечательности  Челябинской  области;  происхождение  топонимов (названий)  географических  объектов

«Самый крупный каменный метеорит нашей страны»: архивные документы о метеорите Кунашак (1949 год)

Метеорит Челябинск, упавший в озеро Чебаркуль 15 февраля 2013 года, был не первым небесным телом, зафиксированным на Южном Урале. В Объединенном государственном архиве выявлены документы о метеорите Кунашак.

Утром 11 июня 1949 года жители Башкирии, Челябинской, Свердловской и Курганской областей наблюдали необычное природное явление. В небе раздавался шум, одновременно в направлении с севера на юг протянулась белая сильно светящаяся полоса. Влетевший в атмосферу над Свердловской областью метеорит рассыпался на фрагменты, которые упали на территории Кунашакского района Челябинской области.

Найденные в фондах Объединенного государственного архива Челябинской области документы рассказывают о научном изучении метеорита Кунашак. 4 июля президент Академии наук СССР академик Сергей Иванович Вавилов направил письмо в Челябинский обком ВКП(б), в котором сообщил о приезде ученого секретаря Комитета по метеоритам АН СССР Евгения Леонидовича Кринова. В Кунашакском и Багарякском районах Кринову предстояло опросить местных жителей, организовать их на поиск упавших обломков метеорита, обеспечить отправку собранных материалов в Москву[2] (обломки метеорита разлетелись на площади до 300 квадратных километров). Ученых интересовал не только химический состав метеорита, но и траектория его движения в атмосфере.

В ходе работы экспедиции к 6 сентября 1949 года на территории Кунашакского района было найдено 7 «индивидуальных экземпляров» общим весом 84 кг. На правах руководителя экспедиции Е.Л. Кринов распределил среди местных жителей 2100 рублей (за находку «образцов» были выделены деньги из премиального фонда президента академии наук).

Через несколько дней после завершения работы экспедиции в окрестностях Кунашака был найден новый обломок метеорита. Его вес 120 кг превышал все ранее собранные образцы. Получив сообщение от секретаря Кунашакского райкома ВКП(б) Ф.Р. Исакова, Е.Л. Кринов просил второго секретаря обкома А.В. Лескова организовать отправку метеорита в Москву. По словам Евгения Леонидовича, найденный метеорит на тот момент являлся крупнейшим найденным в СССР каменным метеоритом, а все собранные образцы «оказались своеобразными и редкими по типу». Для обследования места находки метеорита Комитет по метеоритам АН СССР командировал лаборанта Г.И. Малинкина.

Отмечу, что публикуемые документы позволят внести ясность в датировку падения метеорита: это событие произошло 11 июня 1949 года. В литературе можно встретить ошибочную дату 11 июля 1949 года. Полагаю, путаница была вызвана простой опечаткой и в дальнейшем воспроизводилась при обращении к первой публикации. На рубеже 1940-х – 1950-х годов собранные в Кунашакском районе материалы являлись наиболее интересной частью метеоритной коллекции академии наук. В отличие от событий десятилетней давности падение метеорита Кунашак не стало мировой сенсацией в 1949 году, и не привлекло особого внимания краеведов. На сегодняшний день в Метеоритной коллекции Российской академии наук хранятся 20 обломков метеорита Кунашак общим весом около 200 кг. Один из осколков хранится в Кунашакском историко-краеведческом музее.

Публикацию подготовил

кандидат исторических наук,

ведущий археограф ОГАЧО С. А. Кусков

 

Кыштымский зверь

Он родился в семье крепостного крестьянина и стал владельцем крупнейших на Урале горных заводов. Он удостоился высоких государственных наград и почестей, а к его мнению прислушивался сам император Александр I. Одни называли его изобретателем, прирожденным управленцем и организатором, другие — кровожадным и жестоким «кыштымским зверем». Он был одним из богатейших людей своего времени, но окончил свою жизнь в заточении. Так кто же он, Григорий Федотович Зотов?

Предки Зотова были крестьянами Тульской губернии. Его дед, Пётр Зотов, был в числе крестьян, которых 1720-1730-е годы переселил на Урал знаменитый промышленник Акинфий Демидов. С тех самых пор судьба рода Зотовых была тесно переплетена с уральскими заводами. Зотовы были приписаны к Невьянскому заводу, а немного позже попали на Уткинский.

На Уткинском заводе и родился Григорий Федотович Зотов. Ему была уготована судьба отца и деда. Молодой Григорий на практике осваивал горное дело, работал кричным мастером — стоял у горна, выплавляя железо из руды. Но главным желанием Зотова было избавиться от статуса крепостного.

Целеустремленность, честолюбие и умение располагать к себе людей сделали своё дело — в 1796 году Григорий Зотов был назначен управляющим на строительство дома богатых промышленников Яковлевых в столице губернии Перми. С порученной работой он справился на отлично. Его заметили сильные мира сего, и уже в 1798 году Зотов был назначен управляющим Верх-Исетского завода, принадлежавшего Ивану Яковлеву.

Зотов проявил себя толковым управленцем. При нем завод буквально преобразился. Вместо деревянных зданий были поставлены каменные, в заводские цеха установили передовое по тем временам оборудование. Темпы производства росли, налаживался выпуск новых видов продукции. Производившееся здесь листовое кровельное железо славилось на весь мир. Оно экспортировалось в Европу и Америку, из него даже была изготовлена кровля британского парламента. Именно Верх-Исетский завод поставлял железо в Москву, когда та заново отстраивалась после пожара 1812 года.

В 1812 году Зотов был награжден медалью «За усердие» за изобретение новой машины для полировки артиллерийских снарядов. Правда, вскоре выяснилось, что подобная машина уже существует на Кушвинском заводе и работает даже лучше зотовской. Возможно, Зотов подсмотрел её конструкцию, однако полностью повторить не смог.

В 1809 году двенадцатилетний сын Григория Зотова Александр за заслуги отца был «отпущен вечно на волю». Впоследствии это позволило состояться браку Александра Зотова с дочерью богатого купца и заводовладельца Льва Расторгуева. Расторгуеву принадлежал целый заводской округ, в том числе — Кыштымский и Каслинский заводы. После смерти Расторгуева заводы перешли по наследству его жене и дочерям. Однако женщины не собирались вникать в тонкости управления и поспешили предложить должность управляющего «опытнейшему и искуснейшему в заводских делах» Григорию Зотову.

Карабаш

Расторгуевские заводы переживали далеко не лучшие времена. Голодные годы, невыплата жалований, самодурство приказчиков привели к самому крупному в XIX веке на Урале восстанию, которое пришлось усмирять регулярными войсками. С тех пор на заводах царила разруха. Но приход к власти Зотова удачно совпал с расцветом на Урале золотодобычи. Повсюду находили новые месторождения, которые приносили своим владельцам огромные доходы. Зотов не остался в стороне, и в 1822 году в пойме реки Сак-Елга основал выселок, названный Соймоновским прииском. Позднее поселение выросло в крупнейший центр производства меди — город Карабаш.

Доходы от золотых приисков и управленческий опыт Зотова позволили привести заводы в порядок. Увеличился выпуск продукции, выросло качество выплавляемого железа и чугуна. На заводах строились новые корпуса и запасные плотины. В 1820 году во время поездки в Пруссию Зотов побывал в немецких литейных мастерских. Привезённые им отливки положили начало новому художественному промыслу — чугунному литью, прославившему Каслинский завод на весь мир.

Осенью 1824 года император Александр I решил устроить поездку по Уралу. 25 сентября он прибыл в Екатеринбург и посетил Верх-Исетский завод, который произвел на самодержца крайне благоприятное впечатление — и тем, как было организовано дело, и внешним видом самого заводского комплекса. Когда император спросил, кому завод обязан своим примерным состоянием, ему ответили, что делами тут более 20 лет заправлял бывший заводской мастер Григорий Зотов. Александр повелел вызвать Зотова к себе.

27 сентября Зотов был представлен императору, между ними состоялась полуторачасовая беседа. Александр интересовался у Зотова причинами процветания частных заводов и о том, как поднять до их уровня заводы казённые. Зотов исправно отвечал, представ перед самодержцем опытным организатором горного дела, автором новых усовершенствований и полезных открытий. Александр был впечатлён. Позднее он так охарактеризовал Зотова в своём письме императрице: «Первый раз в жизни встретил мужика с таким светлым умом и опытностью во всех отраслях горного искусства».

Но с закатом эпохи Александра I закатилась и счастливая звезда Григория Зотова. После восшествия на престол Николая I начались гонения на старообрядцев, к числу которых принадлежал и наш герой. В уральских старообрядческих общинах новый император видел очаги неповиновения самодержавной власти, которые необходимо было искоренить. Гонения на раскольников неудачно совпали с появлением слухов об участии Зотова в притеснении заводских людей и сокрытии части добываемого на приисках золота. Началось следствие, а на заводах был введен государственный надзор.

Городской пруд. Кыштым

Зотову долгое время удавалось избегать серьезных для себя последствий, но вскоре за дело взялся флигель-адъютант царя граф Строганов. По его приказу был слит заводской пруд в Кыштыме, на дне которого были обнаружены многочисленные человеческие останки. Зотов был заключён под домашний арест, его деловые бумаги были опечатаны и подвергнуты подробному изучению. Свидетелей опрашивал лично Строганов. В 1827 году он представил обвинительный акт, в котором утверждал, что Зотов, вообще не имея законной доверенности на управление Кыштымскими заводами, угнетал без всякой меры рабочий люд, притесняя и даже убивая неугодных. Отмечалось, что Зотов значительно увеличил добычу золота и выплавку железа на заводах, но не заведением новых машин или совершенствованием технологии, а несоразмерным усилением работ, жестокостями и тиранством.

Зотов находился под следствием почти десять лет, затягивая дело с помощью апелляций, жалоб на здоровье и прочих ухищрений. За это время некоторые обвинения против него попали под амнистию или были отвергнуты за недостаточностью улик. Зотов уже надеялся и вовсе выйти сухим из воды, но дело дошло до самого Николая I. Император по своему обыкновению церемониться не стал и начертал краткую резолюцию: «Лишив медалей и доброго имени, сослать на жительство в Кёксгольм».

В 1837 году Зотов был сослан в Кёксгольм (нынешний Приозерск Ленинградской области), где вскорости и умер. Так окончилась необыкновенная жизнь крепостного мастера, освободившегося из рабства, возглавившего уральские горные заводы и беседовавшего с самим императором.

По материалам

Кыштым - Карабаш

Screenshot (25).jpg

Заметное место среди уральских узкоколеек занимала линия, построенная англичанами в начале ХХ века на территории Кыштымского горнозаводского округа. Ее история (к сожалению до сих пор совершенно не освещенная в литературе) на протяжении многих десятилетий была неразрывна связана с историей промышленных предприятий Южного Урала, что требует в данной статье несколько раздвинуть рамки повествования, не ограничивая их только железнодорожной тематикой.

Основу Кыштымского горнозаводского округа составляли основанные в 1757 году известными заводовладельцами Демидовыми Верхнекыштымский и Нижнекыштымский металлургические заводы. Они располагались на Южном Урале в 90 км к северо-западу от г. Челябинска на восточном склоне Уральских гор. Затяжной экономический кризис, охвативший в первом десятилетии XХ века тяжелую промышленность России, резко осложнил производственную деятельность этих предприятий, фактически поставив их на грань ликвидации. В связи с этим, Совет Министров России в конце 1907 г. согласовал передачу всего Кыштымского округа в руки английских капиталистов, которыми было образовано новое общество — Кыштымская корпорация (Kyshtim Corporation Ltd.); его директором-распорядителем стал Лесли Уркарт. (Значительное влияние в Кыштымской корпорации имел места в руководстве акционерного общества занимали такие крупные американские бизнесмены, как Н.Гувер и Д.Морган.)

Новые хозяева в течение 1908-1912 г.г. провели значительные преобразования на территории округа, сделав ставку на развитие медной промышленности, которая и в тот период являлась весьма прибыльной отраслью. Этому способствовало существование богатых залежей медных руд в принадлежавшей обществу так называемой Соймоновской долине (долине реки Сак-Элга и ее притока реки Серебрянки), известной также своими золотыми приисками, которая находилась примерно в 40 км к юго-западу от Кыштыма. К 1907 г. там уже существовал маленький завод, осуществлявший выплавку меди. Однако, благодаря деятельности корпорации, дело приобрело значительно больший размах. В самые короткие сроки вблизи от поселка Соймоновского была осуществлена постройка нового завода, который получил название: Карабашский медеплавильный — по названию близлежащейшем горы Карабаш. Уже в 1910 г. новый завод выпустил свою первую продукцию. В то время он являлся в России самым крупным и современным предприятием цветной металлургии, выплавившим в 1913 г. 8754 тонны меди. Именно здесь было положено начало отечественной ватержакетной плавке, отражательной плавке и бессемерованию. Одновременно для переработки черновой меди в рафинированную была осуществлена коренная реконструкция Нижнекыштымского завода, который в итоге полностью сменил свой производственный профиль; из чугуноплавильного и железоделательного был преобразован в медеэлектролитный, с расчетной производительностью до 9800 тонн меди в год. (В этом качестве завод успешно действует и в настоящее время).

Для обслуживания предприятий Кыштымского округа была осуществлена постройка узкоколейной железной дороги, соединившей Карабашский завод со станцией Кыштым Пермской ж.д. (на линии Екатеринбург — Челябинск). Новая дорога, открытая для движения поездов в декабре 1909 г. имела ширину колеи 914 мм (3 фута); ее общая протяженностьсоставила (вместе с ветвями) 59 км. Из-за сложных условий горной местности на узкоколейке пришлось применить значительные продольные уклоны (до 25%0 по основной линии, до 40%0 — по ветвям) и крутые кривые (минимальный радиус 125 м); в дальнейшем на ней во многих местах проводились работы по смягчению плана и профиля, что было достигнуто частичной перепланировкой линии. То обстоятельство, что дорога строилась под руководством англичан, конечно, сказалось как на
ширине колеи, так и на составе локомотивного парка, который в 1911 г. пред8 паровозов, главным образом типа 0-3-2T производства фирмы Hunslet Engeni Company. Имелось 162 товарных и 3 пассажирских вагона. Пропускная способность основной линии составляла 8 пар поездов в сутки.

Screenshot (27).jpg

Узкоколейная ж.д. обслуживала три завода: Верхнекыштымский, Нижнекыштымский и Карабашский, а также медные рудники — Конюховский, Смирновский и Кисовский: уже в первый год работы по ней было перевезено более 732 000 различных грузов. Следует, впрочем, отметить, что до самого Нижнекыштымского завода узкоколейка не доходила примерно 1,5 км — очевидно из-за того, что он находился по другую сторону от ширококолейной ж.-д. Линии Екатеринбург — Челябинск, устройство путепровода через которую оказалось нерациональным. Грузы, адресованные этому заводу, выгружались в районе станции Кыштым
и далее перевозились автогужевым транспортом... Узкоколейка получила наименование — Кыштымо-Соймоновская (с 30-х годов — Кыштым-Карабашская ж.д.) В последующие годы она продолжала развиваться — строились новые ветви, рос парк подвижного состава.

Революционные события 1917 г. сразу же сказались на деятельности Кыштымского горнозаводского округа самым серьезным образом. Уже 17 декабря 1917 г. на основании декрета Совета Народных Комиссаров все предприятия округа были национализированы — одними из первых не только на Урале, но и в целом по стране... В период гражданской войны (1918-1919 г.г.) предприятиям Кыштыма и Карабаша был нанесен
тяжелый урон. Заводские сооружения подверглись сильному разрушению, а медные рудники, в связи с невозможностью поддерживать их функционирование были затоплены. Кроме того, незадолго до прихода Красной Армии (июль 1919 г.) часть заводского оборудования была вывезена белогвардейцами. Таким образом, производственная деятельность предприятий была полностью парализована, и это состояние длилось несколько лет. Что касается узкоколейной ж.д., то она, по-видимому, полностью не прекращала своей работы, однако какие-либо статистические данные за этот период обнаружить не удалось.

В начале 20-х годов в связи с проведением в Советской России новой экономической политики (НЭП), Л.А.Уркарт попытался получить в концессию фактически находившиеся в его руках до революции 1917 г. предприятия цветной металлургии Урала и Казахстана ( в том числе Кыштым и Карабаш). В сентябре 1922 г. был заключен соответствующий договор, который с советской стороны подписал Л.Б.Красин (представитель Советской России в Англии и народный миссар внешней торговли). Однако по требованию Ленина, посчитавшего условия этого соглашения неприемлемыми, оно сразу было отклонено (не было на
правлено на ратификацию)...

В конечном итоге, восстановление Карабаше медеплавильного завода и рудников было осуществлено своими силами, и в мае 1925 г. после многолетнего простоя завод удалось вновь пустить в работу. В последующий период (особенно в годы первых пятилеток) рабашский завод был реконструирован, выпуск продукции на нем значительно увеличился, расчетная производительность в конце 30-х годов уже составляла 32 000 тонн черновой меди в год. В 1933 г. поселок Карабаш получил статус города... В конце 20-х годов стал восстанавливаться и Верхнекыштымский на первых порах в качестве предприятия
по производству и ремонту горного оборудования. Здесь действовали, в частности, паровозоремонтный и вагоноремотный цеха, осуществлявшие капитальный ремонт узкоколейного подвижного состава на Кыштым-Карабашской ж.д., так и других уральских предприятий цветной металлургии.

 

Сохранuzk74_karabach-lt02.jpgился обширный архивный материал, дающий представление о какой была Кыштым-Карабашская узкоколейка в середине 30-х годов. По состоянию на 1936 год общая протяженность ее путей составляла 81,4 км (из них главная линия имела 41,4 км, станционные пути — 10,6 км, пути медеплавильного завода 10,2 км, остальные подъездные пути — 19,8 км). В число подъездных путей входили 3 ветви в Карабаше, обслуживавшие медные рудники Южного шахтоуправления, Северного шахтоуправления, а также Северо-Первомайский рудник. Кроме того, существовали ветви на Кыштымский механический (бывший Верхнекыштымский) завод, Карабашский хлебозавод и на 3 кварцевых карьера у станции Серебры. На главной линии в тот период имелось станций: Карабаш, Серебры, Черемшанка, разъезд 16 км (Увильды), Депо, База; длина станционных путей составляла 226 м. Впоследствии, в целях увеличения пропускной способности, были устроены дополнительные разъезды.

Вождение поездов на главной линии в тот период (1936 г.) осуществлялось паровозами 0-3-0 завода Henshel; весовая норма в грузовом направлении (от Кыштыма к Карабашу) составляла 300 тонн, обратно — 235 тонн. Другие направления и маневровую работу обслуживали главным образом старые танк-паровозы 0-3-2 английской постройки, водившие поезда весом по 135-200 тонн. Кроме паровозов, для вывоза шлака на
Карабашском заводе имелось 4 узкоколейных мотовоза мощностью по 80 л.с., изготовленных в 1932 г. германской фирмой Deutsche-Werke-Kiel. Из низ, однако, лишь один находился в исправном состоянии, остальные не работали из-за отсутствия запасных частей. Для промывочного ремонта паровозов использовалось депо на станции Карабаш, построенное в 1913 г. Подъемочный, средний и капитальный ремонт производился в вагоноремон-механическом цехе Карабашского завода и на Кыштымском механическом заводе. К примеру, танк-паровозы 0-2-0 Krauss (Linz), имевшие чрезмерно большую нагрузку на ось(более 17 тонн !), на Кыштымском заводе были переделаны в 0-3-0; паровоз № 21 (Henshel) оборудован пароперегревателем и т.п. Кроме того, существовало оборотное паровозное депо на медеплавильном заводе.

По состоянию на 1936 г. на узкоколейке имелось 275 едениц вагонного парка; из них 260 грузовых вагонов, 11 пассажирских и 2 вспомогательных поезда. Известно, что часть грузовых вагонов была постройки Коломенского, Тульчкого и Сормовского заводов; 5 пассажиркских вагонов была изготовлена на месте, повидимому, Кыштымским механическим заводом. В дальнейшем (1950 г.) на территории Карабашского медеплавильного завода было построено вагонное депо.

Следует отметить, что число искусственных сооружений на узкоколейке было, в общем, крайне незначительным: имелось лишь 3 малых деревянных моста, а также 33 трубы и лотка для пропуска воды через насыпь.

Согласно принятому графику движения в 1933 г. на главной линии узкоколейной дороги имелось в обращении 5 пар поездов в сутки (из них 4 грузовых и 1 пассажирский); движение осуществлялось по электрожезловой системе. Время в пути пассажирского поезда от Карабаша до станции База составляло минимально 1 час 32 минуты, что соответствует участковой скорости 26,5 км/ч. Грузовые поезда следовали только до станции Депо, откуда вагоны на ст.База передавались маневровым порядком. По ст. база (располагавшейся рядом сор. ст. Кыштым Пермской ж.д.) осуществлялась перевалка грузов с широкой колеи
на узкую и наоборот, а также перегрузка на автотранспорт черновой меди, перевозившейся из Карабаша на Кыштымский медеэлектролитный завод.

Согласно отчетным данным объем перевозок на Кыштым-Карабашской ж.д. составлял: 1933 г. — 781 000 тонн грузов, 1935 г. — 1 301 400 тонн, грузооборот в 1933 г. — 16,63 млн. тоннокилометров, в 1935 г. — 26,27 млн. тоннокилометров.

Воспоминания ветеранов металлургической промышленности свидетельствуют о том, что в период Венликой Отечественной войны 1941-45 г.г. Карабашский медеплавильный завод работал с большими перебоями; производство меди на нем резко сократилось, что было вызвано дефицитом электроэнергии (вследствие размещения на Урале большого числа заводов, эвакуированных из западных регионов страны), а также недостаточным поступлением руды. Повидимому, из-за этого на медных рудниках в Карабаше в 40-х годах широкий характер приобрело использование труда заключенных ГУЛАГа, и военнопленных немцев... Существенно улучшить положение дел, поднять уровень выплавки меди в Карабаше удалось только с начала 50-х годов.

Еще в 1936 г. инженерно-техническими работниками Карабашского медеплавильного завода отмечалось. Что узкоколейная железная дорога не способна обеспечить существенное увеличение объема грузовых перевозок; в ближайшем будущем надо было переходить на широкую колею. Для этого предусматривалась возможность использования новой железнодорожной линии общего пользования Кыштым — Миасс, постройка которой была начата в годы третьей пятилетки (1938-1942 г.г.). Война и последующий период восстановления народного хозяйства надолго задержали реализацию этого плана. В конечном итоге ширококолейная линия МПС от Кыштыма до станции Пирит (в Карабаше) была достроена только в 1960 г. (временная эксплуатация ее началась несколькими годами раньше), а участок Карабаш — Миасс не был построен вообще. В 1957 г. проектным институтом промышленного транспорта «Промтранспроект» (Ленинградское отделение) был предложен вариант перевода железнодорожного транспорта Карабашского горнометаллургического комбината (который объединял в тот период медеплавильный завод и рудники) на широкую колею. Разработанные мероприятия в скором времени стали проводиться в жизнь. С этого момента начался последний период истории Кыштым-Карабашской узкоколейки.

Согласно материалам обследования, проведенного в 1963 г., общая протяженность ж.-д. путей Карабашсмкого горнометаллургического комбината составляла тогда 99,3 км, из них 26,3 км широкой колеи, 57,1 км — узкой (включая — линию Кыштым-Карабаш) и 15,9 км — совмещенной (на три рельса). В локомотивный парк колеи 914 мм входили 13 паровозов: 3 бельгийских (HSP), обозначенных в документе серией Б; 4 германских (Henshel) серии Г и 6 локомотивов Гр, являвшимся последними узкоколейными паровозами, в Карабаш (годы выпуска 1953-54 г.г.) Кроме того, в распоряжении службы пути имелись один мотовоз и одна автодрезина. (Что касается старых английских паровозов типа 0-3-2, то в 1954 г. на узкоколейке, по-видимому, оставалось только 3 из них: №№ 3, 6, 11. Когда был списан последний — пока неизвестно...) Грузовой вагонный парк колеи 914 мм в 1963 г. состоял из 110 4-осных вагонов, из которыхы большинство со составлели думпкары... К тому времени Кыштымский механический завод уже не занимался ремонтом подвижного со осостава (и нелимел на своей территории путей узкой колеи). Поэтому в вагонном депо станции Карабаш был налажен подъемонный и средний ремонт узкоколейных паровозов, а от их капитального ремонта пришлось отказаться совоем.

Как отмечалось в материалах проведенного обследования подача сырья в производство на медеплавильном заводе в данный период (1963 г.) продолжала осуществляться исключительно узкоколейным транспортом. В целом, однако, как показывают схемы железнодорожных путей, узкоколейка на всей территории горнометаллургического комбината тогда была уже в значительной степени продублирована путеми широкой колеи. Что же касается узкоколейной линии Кыштым-Карабаш, то её единнным назначением осталось доставка в Карабаш на горнометаллургический комбинат нефтепродуктов с нефтебазы в Кыштыме. В документах отмечалось, что на территории медеплавильного завода ведется строительство новой нефтебазы, после чего узкоколейная линия будят разобрана. Однако, по не вполне ясным причинам, этот процесс растянулся на 13 лет, в течение которых узкая колея между Кыштымом и Карабашем продолжала существовать параллельно с широкой. В середине 70-х годов она уже оставалась в Советском Союзе последней из известных узкоколеек, действовавшей на паровой тяге. Час неминуемой трагической развязки пробил в 1976 г., когда узкоколейная железная дорога была, наконец, полностью закрыта, а пути ее разобраны...

После ликвидации узкоколейки все её оставшиеся паровозы были сосредоточены на Карабашском медеплавильном заводе, где простовли несколько месяцев. Известно, что среди них еще находились паровозы Гр (NeN18070, 16071- ?), которые, причем, в конечном итоге, были отправлены из Карабаша на другие промышленные предприятия. (Дальнейшую их судьбу проследить не удалось, однако представляется маловероятным, что они еще могли быть где-то использовамы по назначению...) Кроме локомотивов Гр, в наличии в тот момент были паровозы NeNe 17, 18, 24, 25 (какой локомотив имел номер 17 — непонятно). Отдельными работниками железнодорожного цеха поднимался вопрос в сохранении одного из паровозов в качестве памятника, но это предложение не встретило поддержки со стороны руководотва медеплавильного завода и 1977 г. последние узкоколейные паровозы были разделаны в лом...

Автор этих строк неоднократно, начиная с 1979 г. совершая поездки в Карабаш с целью обследования бывшей улкоколейки, причем в 1993 г. он прошел пешком всю ве трассу от Кыштыма до Карабаша. В настоящее время на ней сохранилась насыпь, отсыпанная медным шлаком; кое-где встречаются гниющие под откосом шпалы. По трассе встречаются довально живописные участки — там где узкоколейка проходила по берегам озер или была устроена в скальных выемках, Начиная примерно от бывшего разъезда 18 км и до Карабаша прежняя железнодорожная насыль была значительно расширена и по ней устровна автомобильная дорога. Сохранились здания бывших узкоколейных депо в Кыштыме и Карабаше; последнее было приспособлено для обслуживания работающих на медеплавильном комбинате локомотивов широкой колеи (вначале это были паровозы серии Э различных модификаций, а также ТЭ; с 1975 г. — тепловозы ТЭМ2). От узкоколейного подвижного состава сейчас сохранилось только несколько снятых с колес вагонных кузовов, которые используются сейчас для хозяйственных целей.

Необходимо сказать несколько слов и о нынешнем, не внушающем оптимизма, положении дел в Карабаше. В связи с отсутствием перспектив для дальнейшего развития медеплавильного производства (ввиду выработки местных запасов медных руд) и устаревшим техническим оснащением, в 80-х годах были начаты работы по реорганизации завода, преобразованию его в предприятие по ремонту металлургического оборудования. С этой целью часть производственных зданий была снесена; в частности, ликвидирован медеплавильный цех. В таком положении завод остается и по сегодняшний день; сейчас в Карабаше продолжают осуществляться только добыча руды и выработка медного полуфабриката (штейна). В связи с тем, что в стране развернулась «перестройка», сменившаяся т.н. «реформами», выделение средств на реконструкцию завода полностью прекратилось. Кроме того, как было установлено исследованиями последних лет, длительное функционирование в Карабаше вредного по влиянию на окружающую среду производства привело к тому. Что в этом месте сложилась катастрофическая экологическая ситуация. Фактически территория города Карабаша в настоящее время официально признается непригодной для проживания людей. Однако переселение городских жителей сегодня является совершенно нереальной задачей — опять-таки ввиду невозможности финансирования соответствующих мероприятий...

На такой грустной ноте и приходится завершать повествование о Кыштым-Карабашской узкоколейке и о тех предприятиях, работу которых она обеспечивала более шести десятков лет.

Источник

Голубая армия

«Голубая армия», «Особая национальная голубая армия Всероссийского Учредительного собрания», подпольная «противобольшевистская организация» и одновременно антиправительственное вооруженное формирование, действовавшее в районе станицы Еткульской Челябинского уезда (1920).

После окончания Гражданской войны и восстановления Советской власти население выражало недовольство жестокими способами проведения политики военного коммунизма: массовой подводной повинностью, лишением казачества прав и привилегий, мобилизацией мужского населения, продразвёрсткой и злоупотреблениями прод. уполномоченных. Ситуация усугублялась отсутствием реальной помощи местных властей семьям красноармейцев, засухой 1920 и надвигавшимся в связи с ней голодом.

Недовольство населения поддерживалось военными, что выражалось в массовом дезертирстве красноармейцев. В станицах складывалась напряжения обстановка: начались столкновения между бывшими белыми и красными казаками; по поселкам, заимкам и хуторам скрывалось множество дезертиров, которые вели среди населения антисоветскую агитацию.

Губчека и губкомом РКП(б) предпринимались незамедлительные репрессивные меры: многие казаки подвергались аресту, конфискации имущества, облагались штрафами по обвинениям в срыве хлебозаготовок, антикоммунистических высказываниях.

Бежавший в Челябинск из-под стражи в конце апреля 1920 казачий сотник О. И. Мировицкий начал агитацию за развертывание вооружённой. борьбы в районе станицы Еткульской. Первыми участниками заговора стали его сослуживцы Д. И. Калугин, Н. Кочнев, О. Д. Петров и священник С. Ионин; за короткий срок к ним присоединились многие единомышленники. Мировицкий тайно побывал в Челябинске, где привлек на свою сторону комвзвода рабочей роты О. Куварзина и служащего губерн. конза-паса, бывшего есаула А. М. Шундеева. Сторонники подпольной группы, получившей назв. «Голубая армия», тайно собирались в Назаровском бору. В начале июня 1920 группой было принято решение о созыве съезда дезертиров, скрывавшихся близ станицы Еткульской. В работе съезда приняли участие 15 чел. (в т. ч. из Челябинска и Троицка), решивших создать разветвленную антисововетскую организацию.

Идеологи «Голубой армии», воспринимавшие РКП(б) и Советы как единое целое, провозглашали в качестве альтернативы созыв Учредит, собрание, защиту общенародных интересов. В принятой на съезда резолюции подчеркивалось, что «Голубая армия» является орудием в руках «не какой-нибудь партии или класса, а большинства русского народа, на который она опирается и волю которого она исполняет, она борется за немедленный созыв Учредительного собрания». Делегатами съезда были намечены задачи: привлечь на свою сторону казаков ряда поселков и станиц, организовать в них воинские силы и приступить к активным действиям.

Вскоре в Назаровском бору появились первые вооружённые группы повстанцев, в состав которых вошли уклонившиеся от мобилизации Кораблев, А. Немцев, Т. Т. Уварин и др. Число «Голубой армии» быстро увеличивалась. Новые бойцы получали нарукавные повязки с буквами «Голубая армия.». Было сшито голубое знамя; создана типография, где печатались воззвания к населению с объяснением причин и целей борьбы, с призывами влиться в ряды повстанцев. Известно 6 прокламаций «Голубой армии».

К начале августа 1920 повстанцы распространили свои действия на ряд станиц Троицкого и Челябинского уездов: Дуванкульскую, Еманжелинскую, Еткульскую, Каратабанскую (отряд подхорунжего Уварина), Кичигинскую, Селезянскую, Увельскую (группа Ф. Иванова); пос. Белоусовский, Ключевский, Копытовский, Лебедевский, Назаровский, Печенкинский, Потаповский, Сухоруковский, Шеломенцевский, Шибаевский. Общее руководство «Голубой армии» осуществлял Мировицкий, находившийся в заимке Кочнева близ пос. Сухоруковского. Работой штаба «армии» руководил офицер А. Журавлев, помогал ему родной брат учитель Н. Журавлев. Духовными пастырями повстанцев были О. Ионин, священник В. Русанов, псаломщик Т. Ермолаев. В рядах «армии» были и советские служащие: председатель Еткульского сельсовета Т. Носков, лесники И. Петров и П. Иванов, военком из станицы Еманжелинской А. Грибов. По окончании основных полевых работ ряды повстанцев пополнились станичниками старшего возраста.

В военнном отношении «Голубая армия» являлась скорее тайной организацией, чем боевой единицей; число ее колебалась от 200 чел. до несколко тысяч. Основной ударной силой были мобильные отряды в 40–50 чел., совершавшие внезапные нападения и рейды. После боевых операций многие члены отрядов покидали ряды «Голубой армии»; на смену им приходили новые бойцы — дезертиры из Красной Армии и добровольцы из числа стариков и молодежи непризывного возраста.

На вооружении «Голубая армия» были винтовки, пулеметы, наганы, легкие орудия. Население оказывало помощь повстанцам продовольствием, фуражом, информ. Нередко под страхом ареста в лес уходили родственники «голубоармейцев». В рядах «Голубой армии» находились целые семьи: Печенкины, Сухоруковы, Шеломенцевы (св. 10 чел.) и др.

В связи с возросшей активностью «Голубой армии», организовавшей ряд нападений на красноармейские посты и продотряды, станица Еткульская губревкомом была объявлена на военном положении. При партийных ячейках были созданы вооружённые отряды из активистов. Летом 1920 в «Голубую армию» был внедрен тайный агент губчека А. О. Зимнох, который, приобретя заметное влияние в среде повстанцев, пытался разложить «Голубую армию» изнутри (при попытке передачи секретных данных был раскрыт и убит). Комдезом (комиссией по борьбе с дезертирством) был разработан план «похода на дезертиров и укрывателей» (авг. 1920). Отряд пехоты и кавалерии, прибывший в конце августа в станицу Еткульскую, не обнаружил мест расположения штаба и основной отрядов «Голубой армии»; не удалось это и отряду особого назначения, который попал в засаду и понес большие потери. Местные органы власти в ходе одновременной облавы в ряде населённых пунктов захватили несколько десятков человек, признанных повстанцами. На поселки были наложены штрафы, жителей за сочувствие повстанцам высланы на принудительные работы.

Повстанцы временно отказались от активных действий. Мировицкому, разработавшему план отступления на территорию Уфимской губерни, удалось скрыться. Осенью — зимой 1920/21 повстанцы понесли тяжелые потери в вооружённых столкновениях, при арестах. Дело «Голубой армии» было поручено начальнику секретного отдела губчека Н. Карташеву. На заседании коллегии губчека (25 сент. 1920) было осуждено 56 чел., 7 февр. 1921 рассмотрены дела еще 81 повстанца. Всего по делу были привлечены 143 чел., из них 60 казнены. По воспоминаниям очевидцев, многие были расстреляны на месте. Части повстанцев (в т. ч. Мировицкому) удалось избежать ареста. В октябре 1920 «за злостное укрывательство дезертиров и способствование в организации „Голубой армии“» на станицы Еткульскую, Каратабанскую, Кичигинскую была наложена денежная контрибуция. «Голубоармейцев» как наиболее опасных контрреволюционеров судили чрезвычайные комиссии. В 1991 по федеральному закону РФ большинство осужденных по делу «Голубой армии.» было реабилитировано.

В наши дни флаг повстанцев, орудовавших в окрестностях села Еткуль, можно увидеть в экспозиции центрального музея Вооруженных Сил РФ, рядом со знаменами других повстанческих «армий» периода гражданской войны.

Богоявленский мужской монастырь г. Челябинска

DSCF4328-конкурс.jpg

История

Мужское монашеское братство возникло при храме в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали» города Челябинска в 2015 году. Возглавил его деятельность настоятель храма игумен Афанасий (Фархудинов). 4 мая 2017 года Священный Синод учредил в Челябинске Богоявленский мужской монастырь. Его настоятелем было определено быть игумену Афанасию (Фархудинову). 7 мая 2017 года он получил игуменский жезл из рук правящего архиерея, митрополита Челябинского и Миасского Никодима. Богослужение в обители совершается ежедневно. Идет строительство братского корпуса, ведется активная социальная работа с бездомными.

Монастырский вестник

Озера | Топонимия | Пещеры | Легенды | Музеи | Краеведение | Фильмы | Фотогалерея | ООПТ | Гербы | Сказки

 

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования